Me in You

СЕКС С ТЕНЬЮ: #13, «Поступь номенклатуры»

Ирэн Милан-Мирабо публикует на Me in You рассказы о своих сексуальных опытах — «Секс с тенью».
 

5411770627_93b40d5122_o

Поступь номенклатуры

В Зарайске я снова окунулась в учебный процесс, проводила семинары, выступала с докладами, сдавала кандидатские минимумы. Как-то позвонил друг покойного отца и спросил, какая у меня зарплата. Услышав цифру, он воскликнул: «Мы не можем этого допустить, ведь ты наш человек!» Он объяснил, что скоро приезжает московский «бугор», который будет распределять большие должности. Он, мол, знал отца и готов помочь.

В назначенный день в моей квартире раздался звонок и пришли гости, от которых зависит судьба многих в провинциальном Зарайске. Москвич был ширококостный со свирепым выражением на лице. Представьте себе племенного быка в штанах, в сорочке и пиджаке. Он долго, что-то хмыкал, тянул коньяк, а потом напрямик заявил: «Я хочу вас видеть, Ирэн, во главе областного управления культуры. Не спорьте, у вас все получится, мы вам поможем, поддержим». Я ответила: «Спорить не собираюсь, согласна. Когда можно приступать к работе?» «Не спешите, Ирэн», — ответил босс, — «Здесь один момент, маленький подводный камешек. Я вас должен сначала трахнуть грубо, по-мужицки. После мы будем приезжать с друзьями, пить коньяк у тебя в кабинете, а ты станешь нашей общей гейшей, будешь делать все, что мы прикажем: ползать голой на коленях, отсасывать по первому приказу. Если что не так, мы станем бить тебя ремнем и так далее. Это есть твоя инициация, девочка. Без этого в номенклатуру дороги нет. Разве про это тебе папа не говорил?»

Да, отец, действительно рассказывал, что кандидат на пост, полусогнутый, подходил к начальнику и просил должность. Хозяин наливал полстакана водки и плескал в морду кандидату на теплое место. Если тот радовался и весело хихикал доброй шутки чиновника, то получал заветную, тучную должность, а если морщился, кривился, то извольте выйти вон». Однако ни в каком страшном сне я не могла подумать, что эта мерзкая номенклатурная палка может замахнуться и на меня. Я спросила: «А как же нынешняя управляющая областной культурой?» Босс ответил: « Она превратилась из принцессы назад в грязную лягушку. Ее не то что трахать, просто увидишь – вырвет. Мы эту тварь заменим на тебя». Я поняла, что номенклатурная жизнь обойдет меня стороной.

Следи за обновлениями — подружись с Me in You в TwitterFacebookВКонтакте и Surfingbird.

Баня

Стоял чудесный май, и весь Зарайск расцвел и благоухал ирисами, нарциссами. Будто солнце разбилось о землю, среди зеленой травы появились желтые кепочки одуванчиков. Жители также преобразились. Парни прогуливались щеголеватой походкой, девушки одели мини-юбки. Долгая холодная зима, казалось, улетела куда-то далеко в космос, а может быть, ее вообще не было?

Мне позвонил бывший одногруппник Кирилл и радостно сообщил, что поймал птицу – удачу за хвост, так как стал начальником колбасного цеха. Теперь он купил новенький шестисотый «Мерседес» и предложил покататься.

Мы неслись по широкой автостраде, обгоняя простенькие лимузинчики и громоздкие траки. Кирилл заправски держал руль левой рукой, а правой усердно жестикулируя, рассказывал об особенностях новых сортов сосисок, сарделек и колбас. «Куриная колбаса, подкопчённая да с сыром — съешь вместе с пальчиками. Венеция вообще только на курином мясе и выжила. Где им там коров разводить среди каналов? » Я его спросила: «Как же древнегреческий, ведь ты его так тщательно изучал, хотел диссертацию о Перикле писать?» Кирилл ответил, что некоторые сорта шпикачек назвал «Элладой», другие «Парфеноном», охотничьи сосиски — «Подвигами Геракла».

Я предложила заехать в загородный дом, что в свое время построил отец. Мы свернули на грунтовку, покрытую гравием, и вскоре у озера показался высокий железный забор особняка. Мы сидели в беседке и пробовали различные сорта колбас, запивая колой. Вокруг, как осыпанные снегом, стояли цветущие вишни, сливы, абрикосы. Гудели пчелы, повсюду стоял дурманящий аромат весны. Кирилл предложил затопить баньку. Я сказала, что веников нет. «Ничего, сделаем из подручных средств »,- ответил одногруппник и нарезал ивовых веток, что росли вдоль озера.

Вскоре банька была готова. Мы разделись и зашли внутрь. Я плеснула ковш квасу на раскаленную каменку. Аромат хлеба опьянил. Мы поддали еще пару, потом еще. Заварили веники в кипятке и стали хлестать друг друга. Вскоре все листья облетели, и мы продолжали сечь друг друга ивовыми прутьями. Розги свистели, разрезая воздух, и оставляя красные полосы на наших голых распаренных телах. Я ощущала сладостное удовольствие, не ведомое доселе. Меня вводил в экстаз полонез свистящих прутьев. Кира тоже занемог от удовольствия. Он повизгивал и похрюкивал, как поросенок. Его мужской орган сильно возбудился. Мы прыгнули на дубовую полку, и началась бешеная любовь. Кира не заметил, как в порыве чувств обжег ногу о каменку. В конце концов, он свалился в корыто с холодной водой, что стояло на полу. Когда мы вылезли из бани и поглядели друг на друга, то пришли в ужас. Наши тела напоминали африканских зебр, только вместо черных полос повсюду были розовые. «Что ты скажешь своей жене?», — спросила я Киру. Он подумал и ответил: «Отмажусь тем, что, мол, в аварию попал. Кстати, Ирэн, почему мы с тобой не поженились в университете? Это роковая ошибка».

Фото: flickr.com

Читайте также